RU
EN
Москва:
+7 (495) 540-47-37
Владивосток:
+7 (423) 294-85-55
RU
EN

Журнал Эксперт: Возможна ли промышленность в тайге?

В разгар августа, самого спокойного месяца в деловом календаре, Уоррен Баффет объявил о крупнейшей сделке в его карьере — покупке за 37 млрд долларов компании Precision Castparts, производителя компонентов для авиакосмической промышленности, который базируется в штате Орегон. Самый известный инвестор планеты, управляющий активами стоимостью более 500 млрд долларов, сделал очередную ставку на крепкую американскую компанию, занимающую лидирующее положение в специализированной нише.

В Precision Castparts работает 30 тыс. человек, штаб-квартира находится в трех часах езды от базы ключевого потребителя в Сиэтле — корпорации Boeing. Известный консервативным стилем инвестирования, свое последнее приобретение Уоррен Баффет оценил в 22 годовые прибыли. Высокая цена отражает защищенное положение компании в середине цепочки добавленной стоимости и долгосрочный характер ее отношений с потребителями — новичкам прорваться на такой рынок крайне сложно. Сам г-н Баффет сказал: «Я давно восхищался этой компанией. Она является ведущим поставщиком для мировой авиакосмической промышленности и одним из столпов американского экспорта».

Двумя неделями ранее у нас на Дальнем Востоке было подписано первое соглашение о создании в Комсомольске-на-Амуре территории опережающего развития (ТОР) «Комсомольск». Именно в этом городе осенью 2013 года на заседании правительственной комиссии по развитию Дальнего Востока под председательством Дмитрия Медведева впервые прозвучала формулировка «территории опережающего развития». Якорными инвесторами ТОР «Комсомольск» станут компания, выпускающая компоненты для авиапромышленности, и лесопромышленная компания, производящая пиломатериалы и шпон.

Эклектичный состав первопроходцев ТОР «Комсомольск» отражает как структуру экономики самого города с 250-тысячным населением, так и, более широко, парадоксы развития всего российского Дальнего Востока.

Несмотря на столетие титанических усилий по прокладке новых путей, индустриализации и строительству городов с нуля, заметное место в экономике Дальнего Востока по-прежнему занимают промыслы, которые питали регион еще до Транссиба, а именно рыба и лес.

Открыты громадные запасы полезных ископаемых, построены гидроэлектростанции, порты и аэродромы. Но города по-прежнему немногочисленны, малонаселенны и отстоят далеко друг от друга. Гигантские расстояния и нехватка людей считаются главными барьерами на пути развития современной промышленности на Дальнем Востоке.
Комсомольск-на-Амуре, центр высоких авиационных технологий посреди тайги, выделяется на общем фоне, но и он теряет силы: за последние двадцать лет население города сократилось на 20%. Комсомольские авиазаводы работают с 1936 года, сейчас в составе Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК) они выпускают как компоненты для гражданских «Суперджетов», так и легендарные истребители Су.

Крепнущий оборонный заказ и курс на импортозамещение — сильные аргументы для создания на новой ТОР производств, снабжающих авиастроительный кластер. Сейчас «Суперджет» на 80% состоит из импортных компонентов, включая сравнительно несложные детали из алюминия и титана, производимые методом механообработки в Китае и Корее. Первые резиденты ТОР разместят новые станки прямо на территории авиазавода и обучат квалифицированных операторов для локализации механообработки в России.

Российский средний бизнес рассмотрел в ТОР «Комсомольск» те же потенциальные преимущества, которые привлекли Уоррена Баффета в Precision Castparts: гарантированный долгосрочный рынок сбыта, квалифицированный персонал плюс новые льготные условия ведения бизнеса.

Однако не каждому дальневосточному городу повезло заполучить предприятие со славной историей и нишей на мировом рынке, вокруг которого можно создавать букет сопутствующих производств. Есть ли шанс у сотен таежных городов, где живут миллионы дальневосточников, тоже стать частью экономики XXI века?

Обратимся к примеру друзей по БРИКС. В 2013 году в окрестностях индийского Бангалора появился конкурент будущей компании Баффета и нашего ТОР «Комсомольск». Завод по производству авиакомпонентов открыла компания Mahindra Aerospace, входящая в семейный конгломерат Mahindra, известный недорогими грузовичками для развивающихся стран.

Группа пришла в авиационную отрасль в 2006 году, когда в Индии не только практически отсутствовала собственная авиакосмическая промышленность, но и в целом по удобству ведения бизнеса страна находилась на 135-м месте в рейтинге Всемирного банка, ниже Гондураса. Однако самая южная ядерная держава планировала внушительные инвестиции в оборону — до 100 млрд долларов в следующие десять лет. С целью стимулирования национальной авиакосмической отрасли была принята политика офсетных контрактов в оборонном заказе. Иностранные производители самолетов, такие как Boeing и Airbus, могли продать продукцию Индии только при условии размещения на индийских предприятиях встречных заказов на сумму, составляющую не менее 30% от каждого оборонного контракта. Таким образом, для национальных производителей был обеспечен рынок объемом более 30 млрд долларов в течение десяти лет.

На авиашоу в Ле-Бурже в июне 2015 года Mahindra Aerospace объявила о крупном контракте на поставку компонентов для последней модели А350 немецкой компании Premium Aerotec, входящей в консорциум Airbus.

Индия смогла стать экспортером авиакомпонентов в Германию благодаря двум факторам. Во-первых, методами госрегулирования был создан экспортный спрос на продукцию индийских компаний в области инжиниринга, компонентов и услуг для авиакосмической отрасли. Во-вторых, что более важно, в стране была зрелая прослойка предпринимателей с опытом и ресурсами, чтобы качественно удовлетворить этот спрос. Ведущие индийские конгломераты имеют долгую историю (Mahindra была основана в 1945 году дедом нынешнего руководителя компании Ананда Махиндры) и привыкли преодолевать трудности.

Осмелюсь предположить, что вести бизнес в штате Карнатака, где находится Бангалор, не многим проще, чем у нас на Дальнем Востоке. Даже в США, цитадели мирового капитализма, есть такие особенности бизнес-среды, как налоговый кодекс длиной 74,5 тыс. страниц и обилие абсурдных судебных исков. Но и Индия, и США считаются нациями предпринимателей, где возможно появление сверхуспешных компаний в любых нишах рынка.

Думая о том, как победить на Дальнем Востоке хронические болезни российской экономики — сырьевую зависимость, отток капитала и растущее технологическое отставание, важно понять, кто именно в состоянии это сделать. Наши соседи из АТР стали экономическим локомотивом планеты не благодаря усилиям их госмонополий. Напротив, именно частные компании из Азии год за годом завоевывали все новые ниши на мировом рынке в тяжелой конкурентной борьбе и не имея никаких природных ресурсов. Только благодаря десятилетиям их труда в Японии, Корее и Китае сформировались и многотриллионные финансовые накопления, и огромные внутренние рынки.
Российское государство и общество должны доверить прорыв на рынки Востока прослойке наиболее активных людей, готовых к риску и конкурентной борьбе, — российским предпринимателям. Но эволюционным путем вырастить такие компании, как Precision Castparts и Mahindra, не получится. Российским предпринимателям необходимо совершить прорыв, и для этого нужны технологии, капитал и свобода предпринимательства.

Технологии позволят преодолеть природно-географические и демографические ограничения. Современные автоматизированные производства приспособлены для выпуска конкурентоспособной продукции хоть в пустыне; важно не столько внедрение «инновационных» (невиданных ранее) технологий, сколько использование самых современных из опробованных в мире. Любая отрасль в определенный момент времени состоит из набора более или менее современных производств — важно заскочить на верхний этаж пирамиды и отвоевать кусок рынка. Так «свежий» индийский завод стал экспортером авиакомпонентов в Германию.

Капитал для создания новых предприятий — пожалуй, самая главная и болезненная тема. Кризис недоверия распорядителей капиталом (банков, инвесторов, государства) к потребителям капитала (предпринимателям) в России привел к тому, что современные технологии покупать не на что. Точечные меры поддержки не породят волну технологичного предпринимательства, необходимую для прорыва. Пока еще есть ресурсы, их необходимо консолидировать. В идеале любой российский предприниматель с историей успешной работы должен иметь возможность получить целевой капитал в объеме, кратном его существующим активам. Для того чтобы коммерческие банки предоставили этот рычаг, государство должно: а) застраховать риск невозврата и б) субсидировать процентную ставку. За пару лет, таким образом, может быть создано не менее тысячи новых предприятий со средним объемом инвестиций от миллиарда рублей. Кому же доверить создание этих предприятий — десяти госкорпорациям или тысяче предпринимателей, уже заработавших по сто миллионов, каждый из которых поставит на кон все свое имущество? Энергия похода этой тысячи на восток превзойдет эффект похода Ермака четырьмя веками ранее.

Свобода предпринимательства — твердое обещание, которое государство должно дать героям новой экономики Сибири и Дальнего Востока. Территории опережающего развития и свободный порт Владивосток — важные шаги в этом направлении. Свобода от чрезмерных налогов, визовых ограничений, неэффективных администраторов и перегибов силовиков плюс современные технологии и капитал для рывка — при таких условиях даже в тайге российские предприниматели создадут новые глобально конкурентоспособные бизнесы, чьи акции попадут в портфели лучших инвесторов. Если не совершить этот прорыв сейчас, то лес и рыба так и останутся главными промыслами восточной трети нашей страны.

Алексей Чекунков, Генеральный директор Фонда развития Дальнего Востока и Байкальского региона.